Список форумов Не Адмиральский Клуб

Не Адмиральский Клуб

Полезный опыт - полезные предложения
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Сайт "Система Тима"

(Русско-японская война 1904-1905 гг. на море)
Начальники среди начальников
На страницу Пред.  1, 2
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Не Адмиральский Клуб -> Личный состав: плюсы и минусы
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Azard



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 10.03.2012
Сообщения: 182

СообщениеДобавлено: 11 Март, 2013, 10:03    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Флимт писал(а):
...генерала армии Ивана Ефимовича Петров...


Забавно, я сейчас Штеменко читаю и вчера только прочёл кусок про генерала Петрова:
"Замена И. Е. Петрова была произведена но личному распоряжению И. В. Сталина. Однажды, когда мы с Антоновым приехали в Ставку с очередным докладом, Верховный Главнокомандующий сказал, что член Военного совета 2-го Белорусского фронта Л. З. Мехлис пишет ему о мягкотелости Петрова, о неспособности его обеспечить успех операции. Мехлис доложил также, что Петров якобы болен и слишком много времени уделяет врачам. Для нас это оказалось полной неожиданностью. Мы знали Ивана Ефимовича как самоотверженного боевого командира, целиком отдающегося делу, очень разумного военачальника и прекрасного человека. Он защищал Одессу, Севастополь, строил оборону на Тереке. Мне пришлось неоднократно бывать у него в Черноморской группе войск на Северо-Кавказском фронте, в Отдельной Приморской армии, и я был убежден в его высоких командирских и партийных качествах. Видимо, у Сталина было какое-то предвзятое отношение к Петрову. Только в январе Ивана Ефимовича отстранили от командования Отдельной Приморской армией, в мае назначили с повышением на 2-й Белорусский фронт, а через полтора месяца опять сняли, чтобы еще через два месяца - 5 августа того же 1944 года - вновь назначить на пост командующего фронтом. Теперь уже 4-м Украинским. К чести Петрова надо сказать, что он мужественно перенес это и на любом посту отдавал Родине все, что имел, знания, опыт и здоровье.".

Ну, если уж влез в тему "Начальники среди начальников", то один из эпизодов той же книги Штеменко:
"Преемник Ивана Ефимовича на 2-м Белорусском фронте генерал-полковник Г. Ф. Захаров был человеком весьма своенравным и не в меру горячим. Я очень опасался, что он начнет по-своему трактовать уже утвержденный Ставкой план операции, осложнит отношения с начальником штаба фронта генерал-лейтенантом А. Н. Боголюбовым, работником опытным, но тоже очень вспыльчивым. К тому же и Л. З. Мехлис оставался здесь.".

"На мою долю выпала нелегкая задача как можно безболезненнее провести смену командующих. На фронтовом командном пункте в моем присутствии И. Е. Петров лично доложил обстановку и план предстоящих действий.".

"Учитывая психологическое состояние И. Е. Петрова, можно было ожидать, что он в своем докладе не поскупится на мрачные краски, допустит преувеличение трудностей. Это мне казалось нежелательным, так как могло породить у нового командующего чувство неуверенности. Но ничего подобного не случилось. Все шло нормально. Петров докладывал правдиво. Для него и в данном случае превыше всего были интересы дела, а личная обида отодвигалась на задний план.".


"А Захаров, как мы и ожидали, не замедлил объявить, что до него здесь все было плохо и ему-де придется долго исправлять чужие грехи. Тут же с ходу он пытался опротестовать направление главного удара в подготовляемом наступлении. Внешне доводы его казались вполне логичными: зачем, мол, заставлять войска форсировать в ходе наступления реку Проню, если у соседней 50-й армии имеется уже готовый плацдарм. Захаров настаивал на перенесении усилий фронта в полосу 50-й армии, не дав себе труда побывать на местности. А местность в районе плацдарма была выгодной для обороны противника и никак не позволяла нам в полную меру использовать главную ударную силу - артиллерию. На участке же прорыва, намеченном Петровым и одобренном Генеральным штабом, артиллерия имела возможность надежно подавить всю тактическую зону неприятельской обороны, чем вполне компенсировалась необходимость форсирования реки. Да и без того Проня не представляла здесь собой серьезной преграды. Лишь после того как были изложены все эти соображения и в категорической форме заявлено, что решение, утвержденное Ставкой, менять без ее ведома нельзя, Захаров скрепя сердце сдался.".

"Второй неприятный срыв произошел у него 7 июня. В этот день на командном пункте И. Т. Гришина было созвано совещание командиров корпусов и дивизий. Имелось в виду заслушать их доклады по обстановке и поставить некоторые задачи по подготовке войск и органов управления к наступлению.

Собрались в большой палатке госпитального типа. Все с повышенным интересом приглядывались к новому командующему. Г. Ф. Захаров уловил это и начал совещание с подробного рассказа своей биографии, особенно налегая на боевую практику. Потом вдруг без заметного повода пустился в рассуждения об отличии строевого совещания от собраний. Слово "строевого" было произнесено с подчеркнутым пафосом, и затем прозвучала такая тирада:

- Здесь говорить буду я, а вам надлежит только слушать и записывать мои указания.

Тут же командующий потребовал показать, на чем кто собирается вести записи. Поднялись руки с листками и потрепанными блокнотами. Г. Ф. Захаров распорядился немедленно раздать заранее заготовленные рабочие тетради и довольно пространно объяснил их значение.

Вооружившись тетрадями, все, естественно, приготовились записывать указания, но таковых не последовало. Вместо указаний командующий стал поднимать участников совещания и поочередно задавать каждому вопросы по уставам, по тактике общевойскового боя. Многие смущались, отвечали невпопад. Захаров взвинчивался все больше и больше, перешел на грубости. Атмосфера накалилась. Нужно было принимать какие-то меры. Поскольку совещание длилось уже достаточно долго, я предложил сделать перерыв.

Пока командиры, выйдя из палатки, курили и сдержанно обменивались впечатлениями, мы с Захаровым успели объясниться. Я с большим трудом убедил его, что продолжать в таком духе и тоне не следует. После перерыва он повел себя по-иному. Говорил дельно и действительно дал ряд важных указаний по подготовке к прорыву неприятельской обороны.

Вскоре почувствовалось, что, несмотря на все шероховатости первой половины совещания, между командующим и аудиторией начинает устанавливаться контакт. Командиры успокоились и слушали его внимательно. Но когда в качестве образца для подражания без каких-либо оговорок была названа "Памятка по прорыву обороны", составленная и применявшаяся в боях за Крым, люди опять заволновались. И это понятно: ведь в Таврии местность типично степная, ровная, как стол, позиции сторон на фронте 2-й гвардейской армии, которой командовал там Захаров, сходились почти вплотную. В такой обстановке "Памятка" резонно рекомендовала стремительным броском преодолевать расстояние до траншей противника вслед за перемещением артиллерийского огня. Но здесь-то, в Белоруссии, перед нашим передним краем лежала низменная пойма реки Прони почти в два километра шириной, и только за ней располагался противник, скрытый к тому же лесом. Такое пространство броском не проскочишь. Здесь не годились методы действий, оправдавшие себя в Таврии.

Волнение присутствующих не ускользнуло от внимания командующего. Он поправился: к использованию любого опыта следует, мол, подходить творчески. "Памятку", привезенную из Крыма, раздавать не стали, и закончилось совещание вполне нормально. В последующем Г. Ф. Захаров сам с пристрастием следил за тем, чтобы способы действий войск всегда отвечали условиям обстановки, согласовывались с ее особенностями.".


Мне интересно, если бы рядом не оказалось Штеменко, то чем бы всё закончилось? Непонятные действия нового командующего армией - чуть ли не менять утверждённый Ставкой план боевых действий!
У каждого генерала/адмирала, помимо требований руководящих документов, существуют свои, личные требования, которые он свято блюдёт и требует того же от подчинённых. Причём у каждого своя "изюминка", позволяющая "достойно" "войти в историю".
Помню такой случай - корабль проверяется адмиралом Татариновым, в конце проверки по какому-то вопросу возникло разногласие, и Татаринов для его разрешения потребовал Корабельный устав. Когда ему принесли устав, он прежде всего обратил внимание на то, что принесённая книга была новой, не потрёпанной, без закладок и пометок, что, по его мнению, говорило о том, что командир корабля "не работает с уставом" и далее "О чем можно говорить с таким командиром?". Чуть позже, тот же корабль, тот же командир, другой только проверяющий - замкомандующего флотом. Примерно такая же ситуация - "Принесите мне устав". Приносится устав с которым "работали" - потрёпанный, с закладками, пометками и всем тем, чего недоставало в прошлый раз. Реакция замкомандующего: "Да о чём можно говорить, если у Вас устав в таком состоянии? У Вас такое же отношение и к кораблю!".
Неужели сложно подчиняться закону, а не личному видению закона и каким-то своим нелепым понятиям? У гражданских, кстати, это распространено ещё больше - там понятия "закон", "руководящий документ" вызывают смешки. А уж "боги" из правительства вообще не обязаны отслеживать законность своих действий. На эту тему (масштаб и "прямые" последствия принятия решения другие, без гибели людей, без срыва операции, но суть та же) статья Олега Кашина:

"Всюду заголовки — председатель Мосгордумы Платонов хочет переименовать какую-нибудь улицу в Москве в честь Уго Чавеса. На самом деле хочет не Платонов, а коммунисты, Платонов же, комментируя их инициативу, сказал, что не возражает, но главное, чтобы все было по закону. А по закону, между прочим, улицы в Москве можно называть в честь кого-нибудь не раньше, чем через десять лет после смерти. То есть на самом-то деле Платонов высказался против улицы Чавеса, а не за.

Но есть, конечно, нюанс. Ахмат Кадыров и Александр Солженицын — они умерли, когда этот закон в Москве уже существовал, но в честь обоих улицы в Москве переименовывали сразу же после смерти, не дожидаясь истечения положенных десяти лет. То есть закон, может быть, и существует, но когда федеральная власть считает, что переименовать улицу нужно срочно, о законе можно забыть, прецеденты есть.

Так что перспективы улицы Чавеса в Москве зависят не от московского закона и не от Морсгордумы, а от сентиментальных реакций то ли Игоря Сечина, который летит Чавеса хоронить, то ли самого Владимира Путина. Захочет Кремль назвать улицу именем Чавеса — будет улица, не захочет — не будет. И единственное, что можно по этому поводу сказать Владимиру Платонову, — слушайте, отменили бы вы это свое десятилетнее ограничение на переименование. Уже который год единственный смысл этого ограничения состоит в том, что в особых случаях власти готовы его нарушать, и в этом московский топонимический закон даже уникален: при всем российском правовом нигилизме власти все-таки стараются законов демонстративно не нарушать, а этот нарушают, причем именно демонстративно. Мера, придуманная при раннем Лужкове как страховка от позднесоветского опыта (были улицы Суслова, Гречко и прочие — переименовывали их туда-сюда, позорились, повторения не хотелось), давно уже утратила первоначальный смысл и превратилась теперь в такое наглядное пособие по реальному отношению российских властей к законодательным ограничениям.

Я не знаю, назовут они в итоге улицу именем Чавеса или нет, но знаю, что это не последний случай, когда московские власти оказываются готовы нарушить собственное законодательство. Отмените же его наконец — зачем лишний раз демонстрировать, как низко вы цените собственные законы?".
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Флимт



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 10.03.2012
Сообщения: 1652

СообщениеДобавлено: 12 Март, 2013, 07:03    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Azard писал(а):
Мне интересно, если бы рядом не оказалось Штеменко, то чем бы всё закончилось?


Явно плохо. С.Штеменко и С.Горшков в оценке действий правы.

Вот и крутись среди таких, как Мехлис и Захаров, да еще и дело делай.

Все эти Мехлисы и Захаровы оставили негативный след.

Azard писал(а):
У гражданских, кстати, это распространено ещё больше - там понятия "закон", "руководящий документ" вызывают смешки.


Это точно. Абсолютное незнание и непонимание данного вопроса. Копии шашкомахателя Мехлиса.

Смешки - пока не убьет кого-то и не приедет следствие.

В таких организациях по одной документации, даже без допросов, можно сразу писать обвинительное заключение.

Правда, после короткого энергичного ликбеза по данному вопросу, у руководителей "рожа лица" меняется. Дела - не всегда.

Azard писал(а):
зачем лишний раз демонстрировать, как низко вы цените собственные законы?


Все хотят висеть на памятных досках, посвященным им, "великим". И чтобы школьники о них, хороших, в учебниках читали.

В С-Петербурге еще "чище". "Помер - через 3 дня доска висит, а памятник стоит" - еще мелочи. Так, памятник убитому в лихое время городскому чиновнику Маневичу в парке его имени (!?) установил его брат за деньги строительной конторы, которой сам и руководит (http://www.fontanka.ru/2013/03/05/017/). На открытии присутствовал десяток близких знатоков деяний. Губернатор, начавший войну с коррупцией, отсутствовал.

Причина возвеличивания за шаблонными словами Кудрина и прочих - тема по умолчанию.

Стал чиновником - готовь себе памятную доску, а то через три года забудут или за руку поймают.

В общем, чтобы поколения помнили и брали пример.

Частный семейный памятничек, иначе не классифицируешь.

Да через три года о них никто и не вспоминает, а ЕГЭ-шная молодежь, воспитанная в борьбе с прошлым, дает такие убийственные ответы.

К примеру, в истории цитировать "труды" Солженицына - моветон. В политике даже приветствуется. Пока.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Тим



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 21.02.2012
Сообщения: 1744

СообщениеДобавлено: 2 Ноябрь, 2013, 22:11    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Флимт, 12.03.2013 писал(а):
Вот и крутись среди таких, как Мехлис и Захаров, да еще и дело делай.

Сборник замечаний и отзывов лиц Морского Ведомства на составленный в Военном Министерстве проект положения о порядке и степени власти в наложении взысканий по правилам военной дисциплины (СПБ, 1862):

«…В. Н. Мещеряков, ген. майор, нач. арт. ч. в Кр…
Во время сражения корабля «Всеволода» в Балтийском порте в 1808 году, вот что рассказывали бывшие на нем в этом сражении. Когда корабль стал на мель, в это время атаковывали его поочередно два английские корабля и действовали по нем из артиллерии. «Всеволод» отражал их, так что они не могли ничего ему сделать. Видя неудачу своей беспрерывной стрельбы, англичане решили абордировать его гребными судами, со всего своего флота. Под прикрытием своей корабельной артиллерии, послали гребные суда с абордажными партиями, и только этим средством могли овладеть кораблем. Бывшие на корабле «Всеволод» участники этого сражения, объясняют это следующим образом: когда корабль стал на мель, то командование кораблем принял артиллерийский унтер-лейтенант Ботов, командир и старшие флотские офицеры, подкураживаясь ромом, привели себя в совершенное бесчувствие. Ботов во все время сражения распоряжался действием артиллерии; когда же стали абордировать «Всеволод» гребные суда и преимущественно с носу, то Ботов принял командование абордажными партиями, и стоя в голове их на крамболе, не допускал никого взойти на корабль. Англичане, видя в нем самого жаркого защитника корабля, сделали по нем вдруг несколько выстрелов, и Ботов, простреленный четырьмя пулями, свалился на палубу. Со смертию Ботова, все распоряжения на корабле кончились и англичане завладели кораблем, потому что главный распорядитель и защитник русского корабля был убит. Тогда же в журналах своих англичане превозносили стойкость и искусство обороны «Всеволода».
Старый английский моряк, бывший тогда в сражении со «Всеволодом», встретя на русском фрегате, в недавнее время ходившего в Англию, одного из сотоварищей Ботова на «Всеволоде» (подполковника флотских штурманов Харлова), не знал меры своему восторгу, удивлению и похвалам, которыми осыпал защитников русского корабля, и на званом обеде великолепно угощал его, как первого и высшего гостя…

Однажды корабль крейсировал у Абхазских берегов, к вечеру ветр стал усиливаться и дошел до того, что у марселей взяли три рифа, причем спустили кливер и подняли форстеньги стаксель. Под этими парусами корабль держался всю ночь; но после 4-х часов утра, ветр сначал стихать, почему отдали рифы, убрали форстеньги-стаксель и поставили кливер, у которого увидели ножом прорезанную дыру. Обстоятельство это тотчас же довели до сведения командира, который приказал сыскать виновного и после утреннего рапорта представил ему. При утреннем рапорте, старший офицер доложил командиру, что никто не знает, отчего кливер прорезан. Выслушав донесение старшего офицера, командир приказал вызвать всю команду наверх. Когда команда и офицеры вышли наверх, то вышел командир, и тотчас же приказал выйти из фронта тем матросам, которые крепили кливер и форстеньги-стаксель. Крепивших эти паруса вышло 12 человек. Обратясь к вышедшим матросам, командир спросил: кто из них разрезал кливер? На вопрос этот все вышедшие из фронта матросы отвечали, что никто из них кливера не резал. Услышав такой ответ, командир, обратясь к старшему офицеру, приказал всех их высечь, давши каждому по 300 линьков. В ту же минуту началась экзекуция, и каждый матросов крепивших кливер и форстеньги-стаксель, получали по 300 незаслуженных линьков. Так оттерпелись уже шесть человек и пришла очередь до седьмого, который, чувствуя себя невинным, осмелился заявить это пред старшим офицером, сказавши, что по приходе корабля в порт, он будет жаловаться дивизионному начальнику. Командир, все время наблюдавший за наказанием, спросил старшего офицера, что сказал матрос, старший офицер передал ему слова матроса; лишь только услышал командир фрегата ответ старшего офицера, то в ту же минуту остановил наказание линьками, а приказал подать кошки, и заявившему жалобу на незаслуженное наказание, в присутствии своем, дал ему 470 кошек; окончив истязание, он приказал заковать его в кандалы. Этого несчастного человека отнесли на руках в клюз-бак, ибо командир не дозволил положить его в лазарет, где он и содержался под караулом до самого прихода в порт. Остальные пять человек получили каждый по 300 линьков…
Кроме этого, многие из командиров до того дерзки, что очень часто бьют своих подчиненных собственноручно; так один из них избил в кровь сторожа за то, что тот снял шинель с прежде пришедшего офицера; другие бьют людей, пришедших к ним на корабль для портовых работ, хотя бы люди эти были даже и вольнонаемные; третий имел привычку всегда бить по уху, отчего многие из матрос оглохли…».


«Сборник…» не о том, «как хороши в России вечера и хруст французской булки». Дисциплинарная практика – военно-морской вариант рассказа Л. Н. Толстого «После бала». Телесным наказаниям по «командирскому велению» подвергались даже священники и офицеры дворянского звания!
Также по теме: В. Ф. Бушуев, «По поводу телесных наказаний в войсках» (СПБ, 1897). Статья размещена на сайте в 2006 г.

Откровенно писали отзывы офицеры в 1862 году. Плохо, что практика открытого выражения мнений не привилась…
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Тим



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 21.02.2012
Сообщения: 1744

СообщениеДобавлено: 3 Декабрь, 2015, 11:12    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Емелин А. Д. Морской кадетский корпус в воспоминаниях воспитанников (СПБ, 2003).

Серебряков Е. А. Революционеры во флоте
«…Затем последовала сцена, которая в наших глазах окончательно уронила престиж нашего начальства. Краббе (морской министр – Тим), окончив речь, обращенную к нам, повернулся к начальству и начал разносить его, не стесняясь в выражениях.
Наш важный, украшенный лентой и орденами директор, инспектор, начальник строевой части и ротные командиры – в ответ на грубую и по большей части несправедливую брань – только низко кланялись, и чем брань становилась грубее (Краббе умел ругаться), тем поклоны становились ниже и ниже.
Эта сцена оставила на некоторых из нас неизгладимое впечатление, иллюстрируя весь тогдашний режим: грубость, самовластие и заносчивость перед низшими и рабское низкопоклонство перед высшими.
Матросы, стоящие неподвижно перед ругающим их начальником, не производили на нас такое тяжелого впечатления, как вид этих кланяющихся обшитых золотом фигур нашего начальства, наших воспитателей, объятых рабским трепетом перед расходившимся временщиком. Какое же уважение могло остаться у нас, молодых мальчиков, не боявшихся министра, к нашему начальству, унижающемуся перед ним? Очевидно было, что и сам Краббе презирал их; его тон с нами, даже в последней его речи, был не тот, что с ними – нам он не сказал ни одного оскорбительного слова. Если бы он задался целью уничтожить впечатление своего истинно гуманного и вполне педагогического поведения к нам в этом деле и задался целью дискредитировать окончательно в наших глазах тогдашний режим, он ничего лучшего не мог бы придумать, как разыграть перед нами вышеописанную сцену.
В таком же роде, как мы потом узнали, разыгрывались сцены и в других военно-учебных заведениях, но там роль громовержцев приняли на себя начальники училищ, причем начальник инженерного училища, придя в азарт, закончил свою речь такой угрозой по адресу виновных воспитанников: «Я вам говорю, что вас закуют в кандалы и сошлют на каторгу; а если это еще раз повторится, то всех вас исключу из училища».


Аренс И. Е. Автобиографические заметки
«Корветом командовал уже пожилой капитан 1 ранга Серков, пользовавшийся во флоте заслуженной репутацией отличного моряка. Управлял он искусно и хладнокровно, зря не кричал и не «авралил», то есть не делал из мухи слона и не поднимал по пустякам скандала. Когда же оставался чем-нибудь недоволен, то призывал провинившегося на мостик и пробирал его тихо, но весьма больно и ядовито.
Не щадил он частенько и своего старшего офицера, лейтенанта А. Конкевича, известного впоследствии морского писателя Беломора…
С кадетами он
(Конкевич – Тим) обращался мягко и вежливо, но даже офицеров позволял себе нередко третировать довольно грубо. Впрочем, некоторые из них не оставались у него в долгу…
Конечно, узнай о подобных антидисциплинарных выступлениях командир, плохо пришлось бы обоим, одному за ослушание, другому за бездействие власти. Но почему-то все это делалось как-то келейно и не доводилось до сведения командира, а может быть, последний и замечал происходившее, но почему-то не желал вмешиваться. Ввиду не особенно дружелюбных отношений его к своему помощнику это было вполне возможно…
«Оно» (то есть превосходительство), как мы стали величать Епанчина после производства его в адмиралы, по-прежнему торжественно шествовало по ротам, классному коридору и другим помещениям, встречаемое дежурными офицерами и воспитанниками. Адмирал медленно двигался, окруженный совей свитой, держа правую руку за бортом сюртука, а левую за спиной. Это была его обычная манера. При встрече с младшими офицерами он подавал им иногда снисходительно два пальца левой руки и имел скверную привычку перевирать фамилии, что делал, по-видимому нарочито, по небрежности или нежеланию напрячь свою память…
По окончании обеда или завтрака все продолжали сидеть за столом, пока буфетчик не доложит дежурному офицеру, что все столовое серебро проверено и в целости. Только тогда раздавался сигнал на горне или барабане, все вставали, пели опять хором молитву и расходились фронтом по своим ротам».


Из мемуаров о службе на флоте во второй половине XIX века один вывод: закручивание гаек после очередного проступка. Необъяснимая смесь правильного и неверного. Дикая бесчеловечность (уловленная еще К. Станюковичем) и предоставление определенной свободы (кадеты, гардемарины могли свободно брать шлюпки ходить под парусами в море).

Проверка в Морском училище серебряных приборов после приема пищи – позор. Тогда лучше металлическую посуду завести.
В поздней литературе описывают образец поведения в блокадном Ленинграде.

Крон А. А. Дом и корабль
«Чай пили на лодке. На «двести второй» была настоящая корабельная кают-компания, не чета «Онеге». На плавбазе хлеб и масло выдавались порциями, сахарный песок – в бумажных фунтиках. Здесь хлеб, нарезанный и слегка подогретый, лежал в общей корзинке, масло – в масленке, сахар – в сахарнице. Выходило то же на то же – по кусочку масла величиною с ноготь и по три тоненьких ломтика хлеба, но Митя понимал, что никто не возьмет четыре».

...Взаимоотношения между старшим офицером и вахтенным лейтенантом – неумные препирательства на виду у всех. В словах Зотова есть верный смысл: устав всем правит. Вся сложность в том, кто и как этот смысл понимает.

Есть и другое мнение далеко неглупого автора, офицера британского флота. Никуда людям друг от друга не деться: там такие же проблемы.

Справочная книга для вахтенного начальника на современном военном корабле (СПБ, 1906; выложена на сайте «Система Тима» в 2009 г.):
«Крайне неблагодарная вещь становиться на точку зрения законника и на этой почве вступать в препирательства с командиром. Обыкновенно это кончается для вас плачевно».
Плачевно-то, плачевно, но зато в чужих мемуарах никто не назовет тряпкой, ославив на века (см. воспоминания Е. А. Серебрякова). Тут уж кто и что выбирает: карьеру или личное достоинство.
Надо было старшему офицеру собрать в кают-компании вахтенных начальников и разобрать спорный случай, чтобы в конце концов прийти к общему знаменателю.

Конфликтовали А. Е. Конкевич и Р. В. Зотов в 1875 г. Руководствовались в то время Морским уставом 1872 г. (размещен на сайте в 2014 г.) Исторический и профессиональный интерес – кто же прав? – сейчас можно удовлетворить.

Гл. 2. О старшем офицере
Ст. 319. «…Старший офицер не дозволяет без своего ведома открывать порты, полупортики и бортовые иллюминаторы…».
Гл. 3. О вахтенном начальнике. Изложенные обязанности прямого отношения к иллюминаторам не имеют.
Тогда есть смысл рассмотреть раздел «О палубном старшине».
Ст. 577. «Палубные старшины на кубрике и в батареях постоянно смотрят за иллюминаторами и полупортиками, и при малейшем открывшемся в них повреждении немедленно доносят вахтенному начальнику. Они отпирают их не иначе, как получив приказание с вахты, и тогда усугубляют свою бдительность. При малейшем усилении крена или качки корабля, в особенности при поворотах, они должны тотчас, не ожидая особого приказания, запирать иллюминаторы или полупортики, начиная с подветренной стороны.
Ст. 578. Палубный старшина, без разрешения с вахты, не дозволяет никому открывать пушечные порты и полупортики в оных».

Приведенными уставными положениями, по всей видимости, и «жонглировали» старший офицер и вахтенный начальник. Первый – в неверной форме, отрицающей значимость устава, – настаивал на задраивании иллюминаторов. Второй был не прав по сути: игнорируя свою подчиненность старшему офицеру, начинал пустой разговор о непосредственном руководстве палубным старшиной по задраиванию-отдраиванию иллюминаторов.

Личная неприязнь, а не существо и интересы дела, возобладала.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Тим



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 21.02.2012
Сообщения: 1744

СообщениеДобавлено: 26 Май, 2016, 11:05    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Анекдот с простым, но вечным содержанием. Как «Ромео и Джульета»: человечество давно сюжет знает, чем все закончится тоже, но повторяет и повторяет «спектакль».

Встречаются три училищных однокашника. Лет двадцать прошло после выпуска. Один стал адмиралом, другой капитаном 1 ранга, третий выше капитан-лейтенанта по службе не поднялся.
Разговор откровенный:
- Вот ты в училище звезд с неба не хватал, а получил адмиральские погоны. Почему? Открой свой секрет…
Адмирал поднимает с земли камень и передает его капитан-лейтенанту со словами:
- Шумит?..
Тот сразу отвечает:
Ты с ума сошел? Конечно, не шумит.
Тогда камень передается капитану 1 ранга с тем же вопросом.
Ответ:
- Все-таки какой-то слабый шум слышу.
Поворачивается адмирал к капитан-лейтенанту и говорит:
- Вот когда у тебя камни шуметь начнут, тогда и будет тебе счастье в службе.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Тим



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 21.02.2012
Сообщения: 1744

СообщениеДобавлено: 30 Октябрь, 2016, 08:10    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Шмидт-Очаковский Е. Лейтенант Шмидт («Красный адмирал»). Воспоминания сына (Прага, 1926).

«Эскадрой в японских водах командовал тогда (1897 г.) младший флагман, контр-адмирал Г. П. Чухнин, заклятый враг дяди отца, адмирала В. П. Шмидта, которого он возненавидел в бытность моего grand oncle’а командиром Тихоокеанского флота. Владимир Петрович обошел тогда капитана 2-го ранга Чухнина, служившего старшим офицером на одном из кораблей эскадры деда, очередной наградой за обращение своего подчиненного с матросами, неслыханно-жесткое даже в те суровые времена. Мелочно-мстительный и злопамятный адмирал Чухнин перенес всю ненависть с дяди на племянника и скоро сделал отцу службу под своим начальством совершенно невыносимой. Отца преследовали придирки, несправедливые выговоры и грубые «разносы» на виду у офицеров и команды, с очевидной целью вызвать его на дерзость и подвести под суд. Отец не выдержал систематических преследований и издевательств и решил оставить военную службу. В 1898 г. он вышел в запас и поступил на службу в Добровольный флот, где получил место 2-го помощника капитана на пароходе «Кострома» (командир кн. Маврокордато)».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Тим



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 21.02.2012
Сообщения: 1744

СообщениеДобавлено: 1 Ноябрь, 2016, 09:11    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

«Сигнал». Периодический морской журнал. Издание объединения корабельных гардемарин выпуска 06.11.1922 г. (№ 2, 1928).

Развал на французском флоте.
«…Однако одни корабли, как бы совершенны они ни были, еще не составляют флота.
Необходимо, чтобы обслуживающий их личный состав был на высоте современных требований, как своими специальными познаниями, так и в смысле военного воспитания.
К сожалению, этого-то и не наблюдается во флоте Французской республики. Из открытого письма морскому министру, помещенном Ct. G. Mabile du Chense в № 13.745 газеты «La Croix», мы узнаем о таком разложении среди личного состава флота, что все усилия страны в деле его воссоздания могут пойти насмарку.
Автор письма, свидетельствуя об отличных технических познаниях и большом опыте личного состава, в то же время указывает, что профессиональная добросовестность и дисциплина стоят во французском флоте более чем низко.
Разложение личного состава началось почти 25 лет тому назад (при морском министре Камилль Петан), который много поработал над разрушением авторитета начальников и с тех пор оно только прогрессировало. Главным образом, пострадали кондукторы и унтер-офицеры, престиж которых среди команды в настоящее время равняется нулю. Между тем, без хорошо обученного и пользующегося авторитетом низшего командного состава невозможно ведение любого военного дела. Вопрос об унтер-офицерском составе столь же важен, как в Армии, так и во Флоте, особенно в последнем, ибо раскиданные по различным закоулкам современных военных кораблей, кондукторы и унтер-офицеры часто являются единственными и совершенно самостоятельными начальниками, от знаний, опыта и сообразительности которых зависит не только безопасность корабля, но иногда даже исход боя.
По свидетельству Mabile du Chense, положение кондукторов и унтер-офицеров, не поддерживаемых ни своими офицерами, ни морским министерством, является просто унизительным.
Благодаря такому отношению начальства, кондукторы и унтер-офицеры, в большинстве случаев, предпочитают ни во что не вмешиваться и как бы отказались от своих прав в отношении подчиненных, которые в свою очередь относятся к ним безразлично, несколько недоверчиво и подчас презрительно.
Как общее правило, если кондукторы и унтер-офицеры подозревают, или даже знают о чем-либо плохом, они просто закрывают глаза на это и не докладывают офицерам, которые в свою очередь им тоже не особенно доверяют.
Таким образом, автор письма констатирует то, что он называет «падением профессиональной добросовестности».
В этом, конечно, виноваты как ближайшие начальники, так и высшее командование флота, ибо все проступки против дисциплины очевидно плохо наказывались.
Mabile du Chense указывает на снисходительность морского суда, налагающего слишком легкие наказания на матросов, нападающих на унтер-офицеров на берегу…
Капитан 1-го ранга В. Меркушев».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Тим



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 21.02.2012
Сообщения: 1744

СообщениеДобавлено: 18 Ноябрь, 2016, 08:11    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Заусцинский П. Кодификация русского военного права в связи с историею развития русского войска до реформ XIX века (СПБ, 1909).

«…Императору Александру I случайно сделался известным тот факт, что разжалованный за трусость в бою из генерал-майоров рядовой Лошаков, «проживая на свободе в городе Киеве, бывает принят во многих благородных и почетных домах с неприличным его нынешнему званию уважением», почему и было предписано объявить, что «если примечено будет в полку к сему рядовому какая-либо понаровка по службе противу других его товарищей, или он будет принят в обществе офицеров», то с виновных будет взыскано по всей строгости законов».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Флимт



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 10.03.2012
Сообщения: 1652

СообщениеДобавлено: 18 Ноябрь, 2016, 20:11    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Тим писал(а):
то с виновных будет взыскано по всей строгости законов».

А если сразу в рожу дал?
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Тим



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 21.02.2012
Сообщения: 1744

СообщениеДобавлено: 19 Ноябрь, 2016, 23:11    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Приведенный мной текст предваряют такие слова, характеризующие общество:
«…Никто из государей не разжаловал без суда столько офицеров, сколько император Павел, вопреки им же самим изданному закону. Впрочем, при тогдашней сплоченности дворянства, разжалованные в рядовые пользовались особыми льготами в силу своего происхождения».
Павел I, как известно, своей смертью не умер.
Кроме всего, наводить порядок мордобоем как-то того… и для господ чревато рано или поздно.
На русскоязычных сайтах, посвященных штрафбатам, дисбатам, стройбатам (напр., http://discussiya.com/2011/03/10/military-history-of-russia/), этот факт из истории армии приведен. Но акцент делается иной: «Конечно, таким путем Александр I пытался еще раз объявить, что в поражении под Аустерлицем от французов виновен не он и не командование в общем, а конкретные трусы».

Но что было, то было.

Еще из цитируемой мной книги:
«…Развивалось высокомерие и грубость высших. Старшие чины обращались с подчиненными им офицерами-дворянами, действительно, как с холопами, издевались над офицерами, в чем-либо им не угодившими, и даже наносили побои. Еще при либеральном государе Александре I мог пройти безнаказанно случай, когда командир полка посадил прапорщика в клетку, а затем избил его по лицу. Когда же товарищи пострадавшего офицера, возмущенные этим поступком, решили принесть жалобу Государю, то Аракчеев доложил, что офицеры «бунтуют», и в ту же ночь 11 человек офицеров исчезли из полка неизвестно куда».

Серия «Их нравы». Гуляет по интернету вырезка из журнала «Punch» 1951 г.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Тим



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 21.02.2012
Сообщения: 1744

СообщениеДобавлено: 9 Декабрь, 2016, 11:12    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Список генералам, штаб и обер офицерам корпусов: морской артиллерии, флотских штурманов, корабельных инженеров и инженеров морской строительной части. По старшинству (СПБ, 1838).

Четкая градация: в категории «генералы-майоры» каждый офицер записан по схеме «фамилия, имя, отчество», в категории «капитаны-прапорщики» – только фамилия и имя, без отчества.

Как видно, и среди белой кости есть разные оттенки. И сейчас владельцы дорогих машин могут делиться на владельцев «Порше» для богатых» и «Порше» для бедных».
Старая болезнь человечества: хоть запах свой, да имей (И. Тургенев).
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Тим



Репутация: 0    

Зарегистрирован: 21.02.2012
Сообщения: 1744

СообщениеДобавлено: 30 Декабрь, 2016, 09:12    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

В официальной переписке, при обсуждении вопросов назначения на должность и старшинства, допускались фразы вроде «последний лейтенант на 25 человек моложе лейтенанта N».
Режет слух. Но посвященному понятно: в списке по старшинству один кандидат «выше» другого на двадцать пять фамилий.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Не Адмиральский Клуб -> Личный состав: плюсы и минусы Часовой пояс: GMT + 4
На страницу Пред.  1, 2
Страница 2 из 2

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах



Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group
Вы можете бесплатно создать форум на MyBB2.ru, RSS